Недалеко от того места, где висело первое гнездо, я заметил ещё одно — и рядом мелькнула маленькая юркая птица. Это была мама-ремез. Она подлетела к гнезду, ловко скользнула в узкий вход, а через мгновение показалась снова — и тут я увидел, как из тёмного отверстия выглянули крошечные клювики. Птенцы ждали. И она снова и снова уносилась прочь, чтобы вернуться с очередной порцией насекомых.
Маленькая, юркая, с аккуратной чёрной маской на светлой головке. В клювике она несла комариков или нежных гусениц— для нас пустяк, а для её деток — целый пир. Мама торопливо кормила каждого, касаясь клювом то одного, то другого птенца, словно шептала: «Всё хорошо, я здесь». Насытившись, птенцы затихали, обмякали в мягкой пуховой колыбели, а мама снова выпархивала в большой мир.
Я приходил на съёмку и старался не мешать птицам. Но остаться незамеченным было невозможно. Ремезы поняли, что от фотографа не исходит опасности, что он находится на почтительном расстоянии и поэтому не обращали на меня внимания и жили своей жизнью.
Эта птица более южная, встретить её в Костромской области – редкость. Ремез словно бережёт свою тайну, прячется в зарослях у тихих водоёмов, в пойменных рощах и на опушках, где камыш шепчется с ивой. Его не сразу заметишь: он мал, скромен, не любит суеты. Ремез — настоящий зодчий среди птиц. Его гнездо — чудо терпения и мастерства: оно похоже на пуховую варежку, подвешенную к тонкой ветке, будто забытую кем-то в спешке. Вход — узкая трубка, «большой палец» этой варежки: так птица защищает птенцов от ветра, дождя и любопытных глаз. Строит гнездо самец, и в каждый стежок он вкладывает не только волокна и пух, но и надежду: вдруг именно его дом приглянется самке? Ремезы стараются строить каждый год новое гнездо, а прошлогодние разбирают на стройматериал. В кладке бывает от 3 до 8 яиц. Инкубация длится две недели. Выкармливание в гнезде длится 18–26 дней, после чего слетки покидают родительское гнездо. Мама будет докармливать своих детей ещё примерно две недели, потом выводок распадётся. Молодые птички сформируют стайки и начнут кочёвки, которые позже перейдут в отлёт на места зимовки.
А я терпеливо буду ждать следующей весны, чтобы снова встретиться с ремезами.
Текст и фото Элиса Антсона